лучшие вышивальные работы

Научилась шить

На самом деле, история моих отношений с этим рукоделием сложная и запутанная.

Бабушка по матери была в свое время лучшей швеей на деревне. Метод обшивания заказчиц был прост и незатейлив: на чистовыметенный пол расстилалась ткань, бабушка командовала заказчице “ложись”, та ложилась, контуры обводились угольком, потом ЭТО вырезалось и сшивалось. Заказчица оставалась довольна.

Маменька моя была учителем труда в школе.  До этого она успела выучиться на учителя физики, потом побывала пионервожатой, потом уборщицей в школе, потом уволилась, чтобы стать в той же школе единственным учителем всех начальных классов одновременно и директором по совместительству.  А в учителя труда, после переезда в К., пришла по итогам годичных курсов кройки и шитья, т.к. других вакансий не предвиделось.
Семью она обшивала мало и плохо – то некогда, то снова некогда. Только под праздники можно было припереть к стенке и полночи с ней шить что-то красивое. А потом еще две недели удалять оставшуюся наметку.  Город у нас был военный, те самые курсы шитья прошло большинство офицерских жен, поэтому выпендреж в одежде на праздники был делом чести.

Меня она шить особо не учила, в основном использовала в подручных: “вдень нитку в иголку и завяжи узелок”, “разутюжь шов”, “убери наметку”, “подержи конец резинки”, “выверни пояс”. Однако ж, я вижу, что большинство мелких навыков я как раз наработала рядом с ней и глядя на нее: у меня руки при шитье двигаются ровно так же, заученные операции и все такое.

Со школой было грустно. Конечно, там были хорошие оценки и хорошее отношение как к дочери коллеги из соседней школы. Но учительница у нас была очень нервная и до трясучки ненавидевшая детей. Ну и в ответ ни любви к ней, ни желания любить шитье под ее руководством не появилось.
8-9 класс я еще успела застать работу в швейном школьном цеху на промышленных машинках, что не дало ровным счетом ничего: тупое сострачивание наволочек на продажу, а не конструирование и моделирование изделий. Поэтому, когда в начале 10-го класса учительница устроила истерику, что она отказывается учить тупиц в нашем лице и самых отпетых разгильдяек выгоняет вон к мальчишкам на автодело, я воспользовалась случаем и свалила на автодело за компанию с двоешниками 🙂 Дипломатично сославшись на плохое зрение. “Конечно, тебя и мама научит шить”, – с кислым лицом проводили меня к машинкам.

Ну, ладушки. Мама так и не учила шить, но после окончания школы я спохватилась, что ехать учиться в ВУЗе мне реально не в чем, одежды мало и она невнятная (95 год, особо еще выбора не было в продаже, да и лишних денег). Выгребла в доме запасы ткани и ненужной одежды, которую можно было перелицевать, и пошла за помощью с выкройками к маме. И вот тут-то и была стратегическая ошибка. Надо было брать ее конспекты и разбираться с ними, а я согласилась с тем, что она с утра помогает строить выкройку (считай, строит за меня), я потом выкройку вырезаю, крою, наметываю, вечером она результат проверяет и дает добро сшивать. В итоге через месяц я была с ворохом одежды и с проваленной авторизацией результатов: вроде бы шила я, а выкройки строить так и не умею = не умею шить, умеет мама.
Сострочить-то – дело нехитрое…

И вот с этим ощущением 23 года и прожила с того августа. Шила постельное белье, пуховые одеяла, детскую одежду, шторы, подгоняла готовую одежду по фигуре и чинила порванную, как-то сшила маленькой дочери пальто с меховой отделкой и меховым капором и крестильное платьишко со сложной отделкой – и все это изнутри расценивалось как “не умею шить”.
Периодически еще слышала о себе изумлявшие меня легенды от знакомых, мол, я же отличная швея. С чего взяли-то?

Готовыми выкройками из журналов пользоваться – не вариант, потому что фигура сложная: природа щедро наградила меня грудью 58 размера при заднице 48-го (на сегодняшний день, а так разница в несколько размеров была всегда, когда я и помельче была). И все эти выдающиеся детали прилагаются к росту 160. Как ни крути, но готовые выкройки сконструированы на другой рост и на другой тип фигуры.

Я уже и машинку себе сменила на шикарную, с вышивальным модулем. И ткани накупила красивой.  И книгу по конструированию нашла, какая была у матери. И даже успела на заказ за деньги сшить полсотни фольклорных костюмов (и тоже без выкроек, практически как бабка моя обходясь с кроем рубашек и сарафанов). И все равно продолжила “не уметь шить”. И продолжила бояться и откладывать “на потом”.

“Потом” наступило в 40 лет.
Достала миллиметровку, достала учебник, очень долго злилась, пытаясь найти систему в хаосе предлагаемых моделей.
А потом озарило.
Выкройка – это же двумерная развертка фигуры на ткани.
И для повседневной одежды используется всего четыре таких основы-развертки:
– от талии до бедер (юбки)
– от талии до пола (брюки)
– от шеи до талии (лиф)
– рука от плеча (рукав)
И все. Достаточно выверить для себя четыре основы, а моделировать-то я уже умею.
Ну там, воротники, перчатки, головные уборы и бельишко – это уже мелкие брызги на фоне лифа на большую грудь.

Спустя три недели и испорченные пару кусков ткани на брюки все и освоила.
Первый кусок ткани на брюки был испорчен запланированно: я помнила, что матери не нравилась основа брюк из книжки, она пользовалась основой с курсов. Но т.к. у меня-то была только книга, я выкройку по ней построила, проверила.  Ага, фигня получилась, плохо брюки лежат на бедрах.
Порылась в интернете, везде лежит нечто похожее, по тем же методикам. Нарыла книжечку Слапака с конструированием по 10 измерениям.  Запорола еще кусок ткани: старшая дочь меня измерила как-то странно. Я сама с себя другие мерки сняла, и младшая дочь пересняла другие цифры.
Ну, разобрались. Перешила эти брюки на старшую дочь.

Теперь у меня висят в шкафу ненужные мне, в общем, но новые платьишко, кофточка, четыре сарафана и три юбки. Выгуливала их в Питере и на работу носила, никто не раздел и пальцем не тыкал. И правда, видать, похоже на одежду.
Осталось сшить несколько блузок из остатков запасов ткани, чтобы научиться делать разные воротники.

23 года бояться и за 23 дня научиться – несоразмерненько как-то 🙁 Вроде и нравится результат, а все равно грустно.